В практике защиты по уголовным делам нередко возникают ситуации, когда формальные требования закона вступают в прямое противоречие с базовыми правами человека. Одно из таких дел — защита женщины, страдающей онкологическим заболеванием, интересы которой я представлял.
Суд первой инстанции приговорил мою доверительницу по тяжкой статье к реальному сроку лишения свободы в 5 лет и изменил ей меру пресечения на заключение под стражу прямо в зале суда. При этом защитой были заблаговременно представлены исчерпывающие медицинские документы, подтверждающие диагноз и недопустимость содержания моей подзащитной в условиях следственного изолятора. Суд проигнорировал эти данные при постановлении приговора.
На данный приговор мною была подготовлена и направлена апелляционная жалоба. Однако ждать итогов рассмотрения жалобы в условиях изоляции для человека с таким диагнозом означало подвергать жизнь и здоровье доверительницы прямой угрозе.
Сразу после помещения осужденной в один из следственных изоляторов Москвы мной было направлено официальное требование начальнику учреждения о незамедлительном направлении подзащитной на медицинскую комиссию. К требованию прилагался полный пакет медицинских документов и результатов диагностических исследований. Целью комиссии было установление возможности ее дальнейшего пребывания в СИЗО (получение медицинского заключения об отсутствии возможности содержания под стражей по состоянию здоровья).
Администрация изолятора полностью проигнорировала законное обращение защитника и направление на медкомиссию инициировано не было.
Единственным способом заставить администрацию СИЗО исполнить свои обязанности стала подача административного искового заявления в порядке, предусмотренном Кодексом административного судопроизводства РФ (КАС РФ). Иск был направлен в интересах осужденной с требованием признать бездействие начальника следственного изолятора незаконным и обязать его направить мою подзащитную на медицинское освидетельствование.
Однако суд первой инстанции отказал в удовлетворении иска. В основу решения лег формальный довод о том, что адвокат якобы не наделен правом подавать административный иск в защиту интересов своего доверителя в данной категории дел. Такой подход фактически лишал тяжело больного человека доступа к правосудию, поскольку самостоятельно защищать свои права из стен СИЗО она не могла.
Я подготовил апелляционную жалобу на решение суда первой инстанции. Апелляционная инстанция согласилась с моими доводами. Судебная коллегия признала позицию суда первой инстанции незаконной, отменила решение суда и признала бездействие начальника СИЗО незаконным.
Ну, а с моей доверительницей сейчас все хорошо, она находится дома, проходит курс лечения, ситуация стабилизировалась.
А апелляционная инстанция уже по основному делу изменила приговор в части моей доверительницы и ей было назначено условное наказание.